Губернатор Авдеев подверг сомнению статус Областного перинатального центра

Губернатор Владимирской области Александр Авдеев признал, что решение сделать родильный дом №1 города Владимира Областным перинатальным центром было «не очень корректным». Об этом глава региона

заявил в четверг, 4 июля, на пленарном заседании Дня национальных приоритетов «Семья», которое проходило на выставке «Россия» на московской ВДНХ.

Александр Авдеев отметил, что региональные власти прямо сейчас проектируют «не большой, не грандиозный, но все-таки перинатальный центр» в Областной клинической больнице (ОКБ). Глава Владимирской области попросил поддержки у вице-премьера правительства России Татьяны Голиковой и добавил, что вопрос по созданию нового ОПЦ «в любом случае» будет решен за два–три года:

«Планируем строительство перинатального центра. Татьяна Алексеевна [Голикова], просим нас поддержать. Михаил Альбертович [Мурашко, министр здравоохранения РФ] знает: у нас непростая ситуация. Более 10 лет назад было принято не очень корректное решение, обычный родильный дом, по сути дела, назвали перинатальным [центром], а он таковым не является.

Мы прямо сейчас проектируем не большой, не грандиозный, но все-таки перинатальный центр внутри Областной клинической больницы для того, чтобы качество дородового сопровождения и родов было высоким. Для нас это достаточно критично, мы в любом случае задачу будем решать в ближайшие два–три года. Прямо сейчас делаем проект».

фото правительства Владимирской области

Строительство Областного перинатального центра в городе Владимире началось в 1990 году. По различным причинам, в том числе бюрократического характера (в частности, из-за передачи полномочий по организации здравоохранения с муниципального на региональный уровень) новое учреждение торжественно открыли только спустя 22 года, 28 декабря 2012 года.

Некоторые врачи сразу называли ОПЦ «скорее большим роддомом с чуть более расширенным набором услуг», а не полноценным медицинским центром, где оказывают помощь женщинам с риском по невынашиванию беременности, выхаживают детей, появившихся на свет раньше срока, внедряют современные технологии в области акушерства и перинатологии.

Той же точки зрения придерживались в команде губернатора Светланы Орловой. В конце 2013 года она лишила учреждение статуса перинатального центра, превратив в обычный родильный дом №1. Тогда же власти Владимирской области задумали построить ОПЦ на базе Областной клинической больницы, но не попали в нужную федеральную программу.

Впрочем, уже в 2014 году роддом снова стал перинатальным центром. Там «провели организационные и технические работы, которые позволили вытянуть его на новый уровень» — 3-А по государственной классификации. До наших дней ОПЦ сохранил статус, чего не скажешь о репутации: в учреждении при странных обстоятельствах умерли как минимум две роженицы.

В 2016 году после родов в Областном перинатальном центре скончалась Анна Бобрикова. Ее смерть послужила основанием для возбуждения уголовного дела, обвинение по которому предъявили в том числе главврачу Надежде Тумановой. Однако медики избежали наказания по нереабилитирующим обстоятельствам — в связи с истечением срока давности преследования.

Весной 2024 года история повторилась: 8 марта в ОПЦ скончалась Ирина Кирова, беременная двойней. Следственный Комитет снова возбудил уголовное дело, но в этот раз события пошли по другому сценарию. Главный врач Надежда Туманова, не дожидаясь окончания расследования, ушла в отставку. На её место вскоре пришла Наталья Денисова, работавшая в ОКБ.

Сразу после смерти Кировой Росздравнадзор провел внеплановую проверку ОПЦ и обнаружил несколько нарушений лицензии. Против перинатального центра возбудили три административных дела и впоследствии оштрафовали в совокупности на 250 тысяч рублей. Суды проходили в закрытом для СМИ режиме, поэтому характер нарушений до конца неясен.

Муж Ирины Кировой Юрий, как и Сергей Плаксин (муж Анны Бобриковой) восемь лет назад, публично заявлял, что в Областном перинатальном центре де-факто нет условий для качественной медицинской помощи. Вдовец настаивал на аудите финансовой деятельности ОПЦ, полагая, что в учреждении могли неэффективно тратить бюджетные деньги. Власти проводить проверку отказались.